Обман [Bubble] - Андерс де ла Мотт

Ни хрена это не копия!

И он знал об этом в ту самую секунду, когда увидел трубку, лежащую у себя на полу. Это его телефон.

Еще не приподняв дно, скрывавшее нижнее отделение, она начала подозревать, что там лежит.

Характерный запах. Резкий, маслянистый, так хорошо ей знакомый.

Ребекка медленно приподняла крышку. В нижнем отделении лежал черный револьвер с узкой коричневой рукояткой, и у нее сразу же участился пульс.

Она еле удержалась от соблазна сразу же взять это оружие в руку. Вместо этого наклонилась и как можно внимательнее его рассмотрела. В отличие от многих своих коллег, интерес к оружию у нее был довольно умеренный. Полицейский «ЗИГ-Зауэр» и компактный автоматический карабин, выдававшийся в качестве дополнительного оружия группе личной охраны, – вот, в принципе, и все, из чего ей пришлось стрелять. Но в сравнении с пистолетом или карабином револьвер – довольно несложное оружие. Вращающийся барабан посередине, как правило, с шестью патронами. Рукоятка, ствол, спусковой крючок и крупный заметный курок, на который можно нажимать большим пальцем, – и всё. Из-за курносого дула это оружие выглядит как-то неприятно, отчасти напоминая бульдожью морду.

Ребекка аккуратно просунула кончик мизинца в дуло. Диаметр примерно тот же, что и у ее собственного служебного пистолета. Миллиметров девять или что-то в этом роде, но она помнила, что у револьверов калибр, как правило, рассчитывался в тысячных дюйма. Она попыталась посчитать в уме, сколько это будет, но довольно быстро сбилась со счета.

На столе стояла небольшая лампа, которую Ребекка включила и подняла так, чтобы та светила прямо вниз в металлический ящик. Прямо под барабаном она нашла гравировку: Cal. 38, а затем еще цифры – скорее всего, серийный номер оружия. Надо бы его записать. Достав из сумки ручку и блокнот, она тщательно переписала и перепроверила все цифры, написав их очень жирно, будто затягивая процесс, чтобы чем-то занять мозг.

Но это только временная отсрочка.

Итак, черт бы их всех побрал, что же она нашла?

Разложив все паспорта на столе, Ребекка пролистала каждый. Все пять были выданы в конце семидесятых, и в каждом была фотография ее отца. На некоторых он в очках, с усами или бородой, на каких-то у него другой цвет волос. Единственное, что объединяло все паспорта, – это то, что ни в одном не указывалось его настоящее имя. Ребекка еще раз взглянула на металлический ящик и снова поборола в себе импульс взять револьвер в руку. Но полицейское образование дало ей победить и в этой схватке.

Пока ствол лежит, он безопасен; а прикоснуться к нему без перчаток означало бы, что она оставит на нем свои отпечатки. Но, если немного пошевелить его, ничего страшного не случится. Ребекка вставила в дуло карандаш, подняла его сантиметров на десять вверх, после чего попыталась повернуть ствол. Где-то на сантиметр выдвинулся барабан, а когда она еще немного повернула ствол, он совсем выпал. Шесть гнезд для патронов, как она и думала, и во всех виднеются плоские донышки цвета латуни. Значит, он полностью заряжен. Две гильзы имеют явные вмятины от бойка, что означает, что ими стреляли, оставшиеся четыре вообще нетронуты.

Вдруг ей на ум пришла одна идея. Надо, вообще-то, сразу было это сделать вместо того, чтобы записывать что-то в блокнот. Она положила револьвер на стол и достала свой мобильный телефон. Конечно, никакой связи здесь нет, но сейчас это и неважно. Найдя иконку с фотоаппаратом, она несколько раз сняла револьвер с разных углов. После чего аккуратно положила его обратно на дно ящика.

Взглянув на часы, Ребекка поняла, что ей уже пора ехать на работу. Надо что-то решать.

Собрав в кучку паспорта, она сунула их во внутреннее отделение сумки. Поразмышляв пару секунд, отправила туда же и деньги. Но вот револьвер заставил ее засомневаться, от его вида у нее портилось настроение. Оставить его людям Стигссона – исключено! Но, с другой стороны, она совершенно не хотела нести его к себе на работу или домой, в квартиру Микке. Может быть, есть еще варианты?

Посомневавшись еще пару секунд, Ребекка закрыла тяжелую крышку ящика и несколько раз повернула диск комбинационного замка. Затем, взяв ящик в одну руку, а сумку повесив на плечо, повернулась к двери. Несколько мгновений постояла, держась за ручку и прислушиваясь к звукам в хранилище. Затем открыла двери кабинки, кинула взгляд на ближайшую камеру наблюдения на потолке и, стараясь сохранять спокойствие, пошла к ячейке. Поставив ящик на место, не без труда повернула гнутый ключ, запирая ячейку, после чего вышла из хранилища.

– Скажите, а я могу получить копию договора на аренду ячейки? – спросила она у охранника за стойкой. – Кроме того, я бы хотела заключить новый, только на мое имя. Причем желательно прямо сейчас…

Отложив в сторону телефон, он достал с пола книгу и дрожащими руками начал перелистывать страницы.

На форзаце стоял штамп: «Городская библиотека Стокгольма, Багармоссен». Еще немного поискав, он нашел и год издания – 1986. Но совсем руки у него затряслись от послания на первой странице. Витиеватые буквы под старину довольно сильно напоминали почерк отца.

Пора принимать решение,

Хенрик!

Хочешь сыграть в Игру?

Yes

or

No?

Глава 07

Just because you’re paranoid… [36]

Он приложил стакан к другому месту на стене и плотно прижался ухом к донышку. Но стало не намного лучше слышно. То же тихое бормотание, несколько голосов сразу в равномерном гуле, но расслышать, что они говорят, было по-прежнему невозможно.

Вот черт!

Он уже несколько дней сидит в прихожей и прислушивается, ждет, что кто-нибудь придет или уйдет; он несколько раз звонил в дверь и даже купил чертову коробку шоколада в качестве приветственного презента для нового жильца…

И, несмотря на то, что он абсолютно убежден в том, что в квартире есть люди, новый сосед ему не открыл. Кто бы ни был там внутри, он или она ни при каких обстоятельствах не желает с ним видеться, что, в принципе, подтверждало все его подозрения.

Игра его железно контролировала, знала точно, когда он уходит и приходит. А это требовало наблюдательного пункта, причем очень выгодно расположенного. Эйч Пи хорошо представлял себе их, засевших в соседней квартире, команду одетых в костюмы агентов «штази», все на одно лицо, с огромными наушниками на голове, перемещающих по квартире микрофоны и сверлящих маленькие отверстия в стенах, чтобы ввести миниатюрные видеокамеры через электрические розетки.

И вот они бормочут, обсуждают следующую фазу операции…

Убрав стакан от стены, Эйч Пи быстро обошел квартиру.

Конечно же, ему нужно бежать. Свалить куда-нибудь, как можно дальше, и спрятаться в какой-нибудь норе. Но это не поможет, Игра непременно разыщет его рано или поздно. Пока Эйч Пи у себя в квартире, он знает, где они. Пока что Гейм-мастер не может знать о том, что он вычислил их тайный наблюдательный пост.

Это его преимущество…

Небольшое такое, но все-таки!

А если он не хочет его потерять, то придется предпринять определенные меры безопасности…

Армированная изолента. Нужно купить еще. Конечно, он уже заклеил все розетки, а также крупные щели и стыки, но все же нужно еще подстраховаться. Стены старые, в них полно всяких неровностей и выпуклостей, в которые легко можно вмонтировать микроскопический объектив.

Но, чтобы купить еще изоленты, ему нужно выйти на улицу, оставить квартиру без присмотра и дойти до хозяйственного магазина в середине улицы Хурнсгатан. На улицу он не выходил уже неделю, питался консервированными сардинами, сигаретами и водой из-под крана, пока отрыжка не приобрела явный привкус алюминия. Но выбора-то нет.

Первая остановка в универсаме «Консум»: галеты, икра сайды в тюбике, консервы, несколько готовых обедов «Финдус», а также столько пачек сигарет, что тетка за кассой чуть не подпрыгнула, когда Эйч Пи выложил на ленту свои покупки.

Быстро запихать все в пластиковый пакет – и снова на улицу. Уставившись в тротуар, Эйч Пи изо всех сил напрягал мышци шеи, чтобы подавить желание обернуться. Но, как он ни старался, все-таки не смог не оглянуться.

Их он увидел сразу. Двое, обоим лет по тридцать, стоят у витрины немного поодаль. Брюки-чиносы, черные ботинки, жесткий взгляд, смотрят на других, а не друг на друга. Копы, никаких сомнений.

Но могут работать и на Игру. Или и на тех, и на других…

Эйч Пи принял резко вправо, почувствовав, как их взгляды жгут ему затылок. До хозяйственного магазина оставалось метров двести; пара катушек изоленты – и домой. Когда он обезопасит квартиру, тогда наконец-то у него появится шанс подумать. На анонсах газетных номеров на стенах были последние новости о грядущей свадьбе кронпринцессы. Наряды, меню, список гостей… Как он и рассчитывал, его недавний арест уже давно забыт. Теперь обсуждался «сложный выбор», стоявший перед новоиспеченным принцем: в какой же благотворительной организации ему нужно будет числиться в качестве сотрудника, поскольку в дальнейшем все расходы по его содержанию возьмут на себя шведские налогоплательщики…